Александр Фридман: Армения выбрала стратегию саботажа ОДКБ изнутри

Лукашенко 14 ноября позвонил премьер-министру Армении Николу Пашиняну.

«Стороны обсудили ситуацию на Кавказе, двусторонние отношения и повестку дня предстоящего саммита ОДКБ», — сухо сообщил официальный сайт беларуского правителя.

Такая словесная скупость на самом деле объясняется довольно просто: Никол Пашинян отказался приезжать 23 ноября в Минск на саммит ОДКБ.

Уже вечером пресс-секретарша Лукашенко разбавила эту скупость разъяснениями: Лукашенко спокойно отнесся «к отказу премьер-министра Армении приехать на саммит». И, мол, предложил Пашиняну «не торопиться, не принимать поспешных решений, а серьезно обдумывать следующие шаги, которые могут быть направлены на дезинтеграцию» (телеграм-канал Пул первого).

Что означает отказ Никола Пашиняна участвовать в саммите ОДКБ?

Журналист BGmedia поговорил с историком, политическим обозревателем Александром Фридманом.

— Лукашенко должен был на правах хозяина мероприятия позвонить и прояснить ситуацию. В конце концов, саммит ОДКБ собирается в Минске. А кроме того, скорее всего было еще и поручение из Кремля.

На самом деле ОДКБ оказалась в сложном положении: саммит проходит на самом высоком уровне, Путин едет в Минск. А мы знаем, как Путин относится к поездкам: они для него сопряжены со сложностями, назовем это так. И вдруг такой демарш: собираются вроде демонстрировать единство, Лукашенко собирался покрасоваться, а тут — бац! — Пашинян отказывается приезжать.

Читайте далее: Страсти по Шенгену: Польша усложняет получение бизнес-визы, а Совет ЕС одобрил новую визовую реформу. Есть свои нюансы

Думаю, Лукашенко пытался уговаривать Пашиняна. Но эта попытка изначально была обречена на провал: Армении в ОДКБ делать нечего. И тактика, избранная Ереваном, может быть еще более разрушительной, чем выход Армении из структуры.

Мы знаем и другие примеры: Великобритания вышла из Евросоюза — все ждали, что ЕС посыплется. Но Великобритания вышла из союза, а Евросоюз как существовал, так и существует. Более того, выстраивает отношения с Великобританией весьма и весьма тесные.

Если бы Армения сейчас вышла из ОДКБ, то с военной точки зрения это небольшая потеря. Но Армения, судя по всему, выбрала для себя другую стратегию: резких шагов делать не будет, во всяком случае, если не будет вызовов со стороны России. Армения остается в ОДКБ, но не действует. Для самого ОДКБ такой «гнилой элемент» внутри выглядит явно нехорошо.

А что делать? 23 ноября все соберутся в Минске. Поскольку Армения в составе ОДКБ, то надо вывесить армянский флаг. А вместо Армении — зияющая дыра, демонстрирующая кризис организации.

Для Лукашенко такой поворот крайне неприятен, тем более что все происходит на его территории. Поэтому он и занялся «миротворчеством», а армянская сторона (инициатива телефонного разговора исходила от Лукашенко), возможно, и дальше собиралась играть в кошки-мышки, сохраняя неопределенность отговорками типа «не знаю, решение не принято, определенности нет».

— Как Пашинян мог объяснить свое отсутствие на саммите?

— Думаю, что Пашинян открытым текстом сказал Лукашенко, что ему там делать нечего. Вся история нахождения Армении в ОБДК связана с карабахским конфликтом, как и вся внешнеполитическая ориентация на Россию и пророссийские интеграционные образования. Карабах проигран, причем проигран позорно. Россия повела себя так, как повела. Вся ставка на Россию оказалась бессмысленной, РФ откровенно заигрывает и будет дальше заигрывать с Азербайджаном. Зная, что в России организована кампания против Пашиняна, ехать на чужую территорию и унизительно, и опасно: в Армении ходят слухи, что против Пашиняна готовится заговор.

Читайте далее: Александр Фридман: С Лукашенко работают по принципу «сначала стулья, потом деньги»

Вот три фактора, по которым Пашинян не летит в Минск: унизительно, опасно, и совершенно бессмысленно. Армении нет смысла находиться или, по крайней мере, активно участвовать в этой организации. Особенно сейчас, когда Армения расширяет сотрудничество с западными странами и ориентируется на Запад.

Было бы очень странно, если бы Пашинян появился в Минске.

— То есть, Армения взяла курс на медленное, постепенное дистанцирование от России?

— Да, внутренний саботаж: внутри сижу, но саботирую.

Лукашенко же сказал: надо объединяться постсоветскому пространству. А то обстоятельство, что Армения вроде в ОДКБ, но на самом деле ее нет — это такая зияющая дыра, и красноречивое подтверждение, что не все в этом доме так хорошо, как рисуют.

— А почему Путин поручил договориться с премьером Армении именно Лукашенко?

— Лукашенко — организатор саммита ОДКБ. Думаю, и в Минске, и в Москве исходили из того, что Пашинян не приедет, но формальности-то надо соблюсти. Думаю, Лукашенко призывал Пашиняна «не пороть горячку», «не спешить», «можно же договориться». Думаю, и по телефону Лукашенко уговаривал Пашиняна приехать в Минск, «порешать вопросы». Но как Лукашенко решает вопросы, известно всем: в памяти осталась беседа Лукашенко с Саргсяном (предшественником Пашиняна в должности премьер-министра Армении), во время которой он уговаривал продать Карабах.

Читайте далее: Валерий Карбалевич: Лукашенко не собирается никуда уходить, хотя и говорит про «смену поколений»

Думаю, что и Лукашенко, и Путин противны Пашиняну, это другой человек: журналист, публицист, интеллектуал, представитель другого поколения. Оба чужды ему, неприятны, их советскость ему отвратительна. С самого начала правления Пашиняна создавалось впечатление, что в силу географии Армении он вынужден проводить политику, которая ему глубоко противна, ему гораздо приятнее сидеть за одним столом и общаться с Макроном, или Сунаком, или с Шольцем, чем с этими.

Пашинян не из лукашенковско-путинской песочницы. В Средней Азии свой менталитет, своя хитрость, свое восприятие политики. Ведь и Токаев не свой. Разделение на «своих» и «чужих» сейчас обострилось, потому что сесть с Путиным в одну песочницу оказался готов только один человек — Лукашенко. И тот, скорее всего, полез в песочницу не по своей воле. А остальные просто не хотят.

— Дистанцирование от России фактически означает и дистанцирование от Лукашенко?

— Пашинян вообще не воспринимает Лукашенко. Почему Пашинян допускал такие резкости в адрес Лукашенко? Путин, по крайней мере, хоть силу какую-то представляет, а Лукашенко в его понимании человек, к которому надо обращаться с вопросом: а ты кто такой вообще? Давайте представим картину: во дворе есть неприятный, но большой хулиган, с ним надо разговаривать — это Путин. А Лукашенко — адъютант, помощник хулигана, не особо сильный, но постоянно вылезает из-за спины хулигана и начинает что-то говорить еще. Таких не уважают, такие бесят.

И не надо забывать, что это Кавказ, это обостренное чувство гордости. А аудиозапись Лукашенко с Саргсяном, про которую в Беларуси давно забыли, которую явно недооценивают, — в Армении не забыли. И не забыли все заигрывания Лукашенко с Азербайджаном. И не забыли дело российско-израильского блогера Лапшина, которого задержали в Минске и передали Баку — чтобы сделать приятно Алиеву. На Кавказе такие вещи не забывают и не прощают.

Возможно, если бы саммит ОДКБ проводился в Москве, то Пашинян еще мог подумать — ехать или не ехать. Но поехать на фоне всего происходящего к этому Лукашенко — совсем уже себя не уважать.

Я не думаю, что у Лукашенко и Пашиняна была дружелюбная беседа. Официальные сообщения Армении выдержаны в сухом тоне: Лукашенко сам напросился на звонок, получил звонок — до свидания! Но, видимо, разговор так задел Лукашенко, что вечером его пресс-секретарша решила сбавить тон. Похоже, Пашинян его просто послал.

Посмотрите, как Лукашенко бушевал по поводу «молочного дела». С самого утра день не заладился: первым в повестке дня был Пашинян. А потом уже досталось всем остальным за «молочное дело».