Эксперт — о приговоре Тихановскому: «Сейчас потенциал и масштаб политиков мы измеряем по срокам, отмеренным им в суде»

Суд в Гомеле вынес приговор по одному из самых громких дел о протестах 2020 года — «делу Тихановского». Сергею Тихановскому присудили 18 лет колонии усиленного режима. Приговоры остальным пяти фигурантам таковы: Николай Статкевич — 14 лет, Игорь Лосик, Владимир Цыганович — по 15 лет, Артем Саков, Дмитрий Попов — по 16 лет колонии.

Читайте также: 94 года заключения на всех: в Гомеле вынесли приговоры Тихановскому, Статкевичу, Лосику, Сакову, Цыгановичу и Попову

Политический обозреватель Александр Класковский в комментарии одному из белорусских независимых СМИ объяснил, с чем связаны такие жесткие приговоры:

«Сергей Тихановский — человек, который тянет на статус личного врага Александра Лукашенко. Он был одной из самых ярких фигур избирательной кампании 2020 года, и власти сразу почувствовали опасность, поэтому его, можно сказать, «срезали» на взлете. Но дело, думаю, не только в этом, потому что и Виктор Бабарико был сильным потенциальным соперником Лукашенко. Сейчас — горькая ирония белорусской истории — потенциал, масштаб политиков мы измеряем по срокам, отмеренным им в суде».

По его мнению, 14 лет для Виктора Бабарико — тоже, конечно, «жесть», но Тихановскому дали больше. Помимо политической конкуренции, здесь силен мотив личной мести. Тогда, весной 2020 года, Тихановский вел очень наступательную, агрессивную пиар-кампанию конкретно против Лукашенко. И именно он придумал обидный мем, благодаря чему тапок стала символом протеста.

«Эти вещи наверняка задевали лично Лукашенко. Так что сейчас Тихановский расплачивается, в числе прочего, за свою харизматичность и едкую сатиру по отношению к человеку, который, как показывает история его правления, таких вещей не прощает, имеет очень хорошую память и по возможности отплачивает своим обидчикам по полной программе», — отмечает эксперт.

Читайте также: «Мне 71 год! Я не доживу, я не увижу сына!»: Родные Тихановского, Статкевича и Лосика прокомментировали приговор суда

По словам Класковского, срок Тихановского уже «подтягивал», предопределял большие сроки для других участников дела. Если бы всем остальным дали символические по нынешним временам три-пять лет тюрьмы, то приговор Тихановскому явно выглядел бы как персональная месть. А так вроде бы — всем сестрам по серьгам. Политические блогеры — одна из тех протестных групп, которая оказалась в числе мишеней властей в ходе избирательной кампании 2020-го года.

«Власти осознали новую реальность — господство интернета и тот факт, что пропагандистские СМИ проигрывают на этом поле, что появилась новая когорта бойцов против режима, использующих самые современные технологии, сетевую вольницу. Этих людей стали выбивать из обоймы очень прицельно, а вынесенные приговоры — также оценка их потенциала в политической борьбе. Ведь и сами по себе участники этой группы — серьезные противники для властей», — считает обозреватель.

По его оценке, Николай Статкевич — один из немногих представителей старой оппозиции, который в прошедшей кампании, можно сказать, спас ее честь. Весной 2020 года казалось, что оппозиция вдрызг переругалась вокруг единого кандидата, что у этих ребят пороху в пороховницах совсем не осталось. Статкевич и Павел Северинец вышли на улицу и показали, что порох есть — но сейчас им приходится за это очень дорого платить.

Читайте также: Эксперт: «Лукашенко опасен не только врагам, но и друзьям. Он сейчас крайне неудобный партнер для Москвы»

По мнению Класковского, торг политзаключенными не начнется завтра-послезавтра. Хотя симптомы того, что белорусские власти пытаются такого рода зондаж провести, уже есть. Например, об этом сообщил польский журналист Михал Потоцки.

«Кремль прижимает, санкции тоже прижимают, и необходимость разблокировать западный вектор у верхушки белорусского режима есть. С другой стороны, и Европа тоже не едина — мы видим на примере скандала с экспортом белорусского калия через Литву, что бизнес-соображения порой начинают перевешивать политические. И неслучайно Австрия, имеющая большие бизнес-интересы в Беларуси, проводя недавно конференцию по белорусскому вопросу, пыталась пригласить к участию представителей властей — другое дело, что те не отозвались», — отмечает эксперт.

По его словам, западные политики видят, что пока самый заметный эффект санкций — все большая зависимость Беларуси от России, возрастают риски потери независимости, и это также заставляет задуматься. И, наконец, чисто гуманитарный аспект проблемы — бешеные сроки получают живые люди, они страдают, часто в заключении над ними просто издеваются, создают невыносимые условия.

Читайте также: Эксперты — о чистках властей: «Лукашенко не волнует будущее Беларуси, при его правлении никакого будущего нет» 

Класковский вспоминает, что и среди белорусской оппозиции раздаются голоса тех, кто говорит: для того, чтобы дать обществу перевести дыхание, спасти тех, кого гноят в тюрьмах, наверное, нужно идти на переговоры — ведь разговаривают даже с террористами, удерживающими заложников.

По его мнению, речь о диалоге возможна лишь после проведения референдума, который власти попытаются «продать» как шаг на пути к демократизации.

«В какой-то перспективе, хоть и со скрипом, этот процесс может начаться. Но до референдума власти наверняка будут лишь закручивать гайки. К тому же многое зависит от того, насколько уверенно будет чувствовать себя Лукашенко. Сейчас, хотя и все зачищено, он немного нервничает, твердит, что враги не дремлют и могут предпринять очередную попытку революции. Но если все пройдет для него достаточно благополучно (думаю, референдум не поколеблет устоев режима), Лукашенко может немного успокоиться и дать отмашку — мол, давайте вновь попробуем навести мосты с этой «гнилой Европой», — подытожил обозреватель.

Читайте также: Кузнецов: «Напутствуя Карпенко, Лукашенко буквально пошагово проговорил свое видение политического календаря»