Почему Лукашенко зациклился на борьбе с «тунеядцами»?

Председатель Совета республики Наталья Кочанова на заседании Минского облисполкома признала, что за долгие годы так и не удалось придумать механизм, как заставить всех работать. Тем самым она вынесла приговор многолетним попыткам Лукашенко построить систему охоты на тунеядцев.

— Мы прекрасно помним, как «протесты тунеядцев» в 2017 году прокатились по стране. Это был первый триггер абсурдных решений Лукашенко, против которых восстало общество. А потом оно уже восстало в 2020 году. И восстанет еще раз, в этом я убежден, — рассуждает руководитель Народного антикризисного управления (НАУ) Павел Латушко. – Все указы, штрафы, повышенные тарифы за коммунальные услуги, даже подключение оказались пустым звуком. Тем самы Кочанова показала: режим. Который требует от своих граждан работать любой ценой, не способен создать условий, при которых люди захотят работать в Беларуси.

Читайте далее: Почему Лукашенко летает в сопровождении военного вертолета?

Именно по этой причине тысячи, десятки тысяч людей уезжает из страны – кто в Европу, кто в Россию.

— Лукашенко уже много лет ведет ожесточенную войну с гражданами Беларуси, которых он окрестил «тунеядцами». Его система – уникальный пример того, как государство пытается переложить вину за собственную экономическую несостоятельность на людей, превратив контроль за занятостью в политический инструмент. «Беглые», «тунеядцы, «змагары» — как любит Лукашенко оскорблять беларусов.

Режим Лукашенко опирается на репрессии вместо того, чтобы создать в стране человеческие условия для работы – от лишения льгот и введения «налога на тунеядство» до оплаты жилищно-коммунальных услуг по завышенным тарифам. Однако сами чиновники признают: система не работает, а поставленная цель не может быть достигнута.

— Главный парадокс борьбы с тунеядцами в том, что ее мотивы не экономические. Лукашенко выгодно представить ситуацию так, будто он борется за полную занятость. Но на самом деле задача иная: полный контроль над обществом. Человек, не занятый в официальной экономике, для режима – неучтенный элемент, а значит, потенциальный протестный или имеющий независимые источники дохода, неподконтрольные государству. Именно поэтому в категорию «тунеядцев» попадают даже те, кто работает за границей, особенно в «недружественных» странах. А какие страны «недружественные»? Это Польша, Литва, Германия, Франция, Испания и так далее. Это уже не экономика, а чистая политика – наказание за самостоятельность и связь с внешним миром, — убежден Павел Латушко.

Читайте далее: Сквер вырубили, голову Путина поставили. Как Гомель превращают в витрину «русского мира»

Но Лукашенко отказывает беларусам в праве выбирать работу. Не будешь ползать на карачках, унижаться и пахать за копейки, — значит, ты «тунеядец».

— Введение высоких тарифов на ЖКУ для «тунеядцев» подается как мотивация к труду. На самом деле это банальное перекладывание расходов ЖКХ на наиболее уязвимых: оплата за отопление, горячую воду для них выше почти в пять раз. А с 1 октября система стала еще жестче: еще владелец квартиры числится «тунеядцем», по полным тарифам будут платить все жильцы. Это наказывает не только самого «тунеядца», но и его семью: работающих, пенсионеров, даже детей. Фактически это экономический террор, который превращает близких людей в инструмент давления, чтобы заставить «тунеядца» трудоустроиться, даже если работа унизительная и плохо оплачиваемая.

Но даже экономический террор не срабатывает, говорит руководитель НАУ. Та же Наталья Кочанова констатирует: «Мы все равно к этому возвращаемся, потому что механизмы, которые бы позволили мотивировать людей к труду, до настоящего времени мы не придумали. А надо предложить».

Читайте далее: «Медыцына Беларусі пад націскам»: як права і эканоміка ўплываюць на здароўе нацыі

Власть ищет административные пути борьбы с «тунеядством», забывая, что единственным способом мотивировать людей работать является зарплата, хорошая зарплата.

 — Особый цинизм в том, что чиновники, которые требуют от всех работать, сами десятилетиями занимают посты, на которых эффективность измеряется не результатом, а преданностью диктатору. Если бы их окружение создавало привлекательные рабочие места, проблема «тунеядцев» решилась бы сама собой, — констатировал Павел Латушко.