Производственная магия. Как в Бресте сократили число убыточных предприятий на 22%

Брестский горисполком сообщил, что за первый квартал 2023 года количество убыточных предприятий в Бресте снизилось на 22,2%. Их было 65, а стало 56. Об этом было заявлено на рабочей встрече председателя Брестского горисполкома Сергея Лободинского с руководителями ряда убыточных предприятий. Говорится, что горисполком вместе с администрациями районов Бреста ведет работу по сокращению числа убыточных организаций.

По итогам народу показали «заседание» с двумя рядами серьезных лиц, слушающих «большого начальника». У редакции BG.Media это вызвало ассоциации с походами к гадалкам и прочей экстрасенсорикой. Реальных причин для подъема убыточных предприятий сейчас в экономике нет, поэтому приходится решать вопросы такими бутафорскими методами, как «созвать большое совещание» и «пригласить на ковер».

Читайте также: Экономика Беларуси все больше привязывается к России. Спросили у эксперта, какие последствия ждут нашу страну в будущем

У чиновничества есть традиция передавать «заряд энергии и решительности» от вышестоящего начальства. Это привычка к пиетету, которая заставляет верить, что появление руководителя в каком-то месте или деле имеет магический эффект, даже если дело до этого благополучно двигалось к небытию. Начальство у нас способно «снимать порчу, проклятия, венцы безбрачия, отвороты и привороты». На этом же фоне возникают мемы «Только взялся за яйца, как сразу молоко пропало» и т.п. Так что провести встречу в конференц-зале с государственными флагами и хрустальными люстрами — вполне себе метод борьбы с потерей прибыли.

Мем про «заряд энергии и решительности» возник после Всебеларуского народного собрания в феврале 2021 года. Военкому из Гомельской области Андрею Кривоносову не хватило времени для выступления, и он вышел из положения, попросив пожать руку Лукашенко, чтобы получить «заряд энергии и решительности». Спустя несколько дней появились видео, на которых Кривоносов передает «заряд решимости» своим коллегам, а потом и милиционерам.

Напоминает, конечно, и анекдоты по-большинству из российской реальности:

— В полнолуние надо показать денежку луне и сказать: «Месяц, дружочек, наполни кошелечек!» 

— Министр финансов, у вас есть еще другие предложения?

Куда деваются убыточные предприятия?

BG.Media спросила об этом у известного экономиста. По его словам, сейчас почти невозможно получить информацию, какие именно предприятия перестали быть убыточными или просто исчезли.

«Возможно два варианта решения проблем: если было 20 убыточных предприятий, а стало 10, значит, либо 10 предприятий обанкротили и закрыли, либо каким-то образом их удалось сделать прибыльными. У нас используются оба этих метода. Те предприятия, которые не представляют особой важности для центральных и региональных властей, чаще всего банкротят. Причем этот процесс может занимать месяцы, а иногда и годы. Сначала пробуют их санировать, отсрочивать погашение кредитов и долгов перед другими предприятиями, делать какие-то вливания. Если предприятие акционерное, выпускаются дополнительные акции и продаются государству. Фактически частное предприятие превращают в государственное. Если это не помогает в течение нескольких лет, тогда предприятие объявляют банкротом.

Затягивается этот процесс потому, что он связан с вопросом о дальнейшей судьбе работников предприятия. Затягивание позволяет решить его более-менее безболезненно, потому что работники чаще всего в течение нескольких лет либо уходят на пенсию, либо сами увольняются, а небольшой части тех, кто доживает до последнего дня, приходится выплачивать компенсации и решать вопрос с трудоустройством. 

Но есть и другой способ, которым чаще пользуются наши власти, — это присоединение убыточных предприятий к прибыльным. Особенно это популярно в сельском хозяйстве, когда убыточные колхозы либо присоединяют к промышленным предприятиям в качестве сельскохозяйственного цеха, либо объединяют с другими сельхозпредприятиями. Фактически от перемены мест слагаемых сумма не меняется, но таким образом можно завуалировать убыточность предприятия и некоторым образом улучшить статистику». 

Читайте также: Строительная отрасль теряет кадры быстрее всего. Экономист назвал причину падения бывшего локомотива экономики

Эксперт говорит, что общеэкономических предпосылок для повышения прибыльности сразу ряда предприятий в первом квартале 2023 года не было. Экономика страны или Брестской области не начинала бурно расти. Привлечь инвесторов и раньше было сложно, а теперь особенно. Отдельные предприятия теоретически могли подняться, но и это вряд ли: если бы были яркие примеры, то государственные СМИ обязательно воспользовались бы случаем и привели бы их. Но информация об успехах экономики Бреста подана коротко и скупо.