«Почему ты еще тут?» Экс-политзаключенного брестчанина вынудили уехать и оставить маму, которая болеет онкологией

Брестчанина Виталия Черкасова осудили на 2,5 года лишения свободы за участие в протестах в 2020 году. В колонии он провел полгода и был освобожден по помилованию. После освобождения Виталий столкнулся с новым преследованием, что вынудило его экстренно эмигрировать в Литву и оставить одну маму, которая болеет онкологией. Финансово помочь брестчанину можно через сбор на BYSOL.

Читайте также: «Я принял тяжелейшее решение бежать». Брестчанин, который выходил на акции протеста еще в 2017 году, нуждается в помощи

Виталия Черкасова задержали спустя три года после протестов

Виталия Чаркасова задержали в декабре 2023 года в Бресте прямо за станком на рабочем месте: мужчина — специалист по производству памятников. К нему пришли два сотрудника ГУБОПиК, которые заявили, что он проходит по делу как свидетель. После того как брестчанина посадили в машину, начались расспросы о том, сколько ему платили за участие в протестах 2020 года, пишет ПЦ «Вясна».

«Работали сотрудники ГУБОПиК в своем стиле: арестовали на рабочем месте, демонстративно и с применением силы; в отделении допрашивали, применяя психологическое давление; конфисковали телефон, а потом перевернули все в моем доме во время обыска», — рассказывает Виталий на странице сбора BYSOL.

В ИВС Ленинского района Бреста Виталий провел девять суток. Мужчина рассказывает, что задержанные сталкивались там с хроническим недосыпанием и голодом. Сотрудники проводили ночные обыски, во время которых изымали даже хлеб и туалетную бумагу. Одной из главных проблем была антисанитария, а камеры были заражены клопами. Политические заключенные были вынуждены находиться в позе «ласточки» во время проверок.

Сегодня один клик или лайк могут стоить слишком дорого. История вашего браузера не должна быть поводом для преследований. BGlobal VPN. полностью шифрует ваш трафик. Оставайтесь в безопасности.

Ссылка на подключение BGlobal VPN – здесь 

Далее Виталия на более чем три месяца перевели в СИЗО №7 Бреста. По словам мужчины, политзаключенные там составляли от 50 до 90 процентов в камерах. Администрация требовала идеального порядка — вплоть до заправки кроватей «кантиками», а за нарушения угрожала отправить в ШИЗО.

5 апреля 2024 года в суде Ленинского района Бреста был вынесен приговор — 2,5 года лишения свободы в колонии. Его признали виновным по ст. 342 УК за участие в протестах в Бресте в ночь с 10 на 11 августа 2020 года. Приговор вынес судья Андрей Грушко.

После суда Виталия транспортировали в СИЗО Барановичей. Он рассказывает, что этапирование происходило в «столыпинских» вагонах, где заключенные страдали от жажды, жары или холода. Далее брестчанина привезли отбывать срок в ИК №3 в поселке Витьба Витебского района.

Читайте также: «После освобождения силовики продолжали давить на меня». BYSOL открыл сбор для бывшего политзаключенного брестчанина

Как к политзаключенным относятся в ИК №3 в поселке Витьба

В ИК №3 «Витьба» Виталий провел около полугода. С первых дней в колонии политические заключенные сталкиваются с предвзятым отношением: на карантине им поручают самую тяжелую и грязную работу — например, уборку коридоров, где сотрудники специально «вытаптывают» пол. За малейшие нарушения или несоответствия в личных вещах (например, нехватку двух сигарет при описи) выписываются рапорты, которые лишают заключенных звонков и передач.

«Выдержать невыносимые условия содержания «политических», к которым я относился, было непросто. Мне помогало то, что я получал помощь людей, которые собирали мне передачи и отправляли письма. Мама передавала их от своего имени, так как от посторонних ничего не передавали. Давала силы и поддержка других заключенных в самой колонии», — вспоминает брестчанин.

Виталий рассказывает, что работа в колонии организована в аварийных зданиях с трещинами в стенах, которые могут рухнуть в любой момент. Заключенные работают со свинцом и медью без соблюдения техники безопасности, защитные перчатки выдаются редко и быстро приходят в негодность. За месяц работы Виталий получил 15 копеек.

«Психологическое давление со стороны администрации все нарастало: меня заставляли писать прошение о помиловании, угрожая продлить срок заключения. Как раз в это время у моей мамы обнаружили онкологию. Я хотел ее обнять и не мог допустить, чтобы мне еще продлили срок, поэтому написал это прошение», — объясняет мужчина.

В колонии брестчанин получил рапорт за стихотворение, которое попытался отправить домой. Сотрудники колонии нашли в нем слово «палітвязень» — и уже вечером пришли обыскивать его вещи. После этого его угрожали сделать «злостником», но вскоре Виталию пришла новость о помиловании.

Читайте также: «Я бы снова прошел этот путь». Брестчанин отсидел за протесты в колонии и после переезда в Польшу нуждается в помощи

После выхода из колонии репрессии не прекратились

Освобождение по помилованию стало для мужчины неожиданностью: о том, что группа из 25–26 человек помилована, он узнал по радио за три дня до выхода. Виталия вызвали прямо с рабочего места, заставили быстро собрать вещи, сфотографировали для отчета и отвезли на вокзал на служебном автомобиле. Сотрудник колонии лично контролировал покупку билетов, чтобы убедиться, что бывший заключенный не останется в Витебске.

После возвращения в Брест мужчине пришлось сразу явиться в РОВД, где его обязали раз в неделю отмечаться в течение двух лет, несмотря на помилование.

«Сначала я даже не рассматривал вариант отъезда. Я не мог оставить свою мать и старался ухаживать за ней, пока она проходила лечение от онкологии. Время шло, я не мог никак устроиться на работу из-за политической статьи», — рассказывает Виталий.

Давление со стороны силовиков стало еще сильнее: брестчанина стали чаще вызывать на допросы и досмотры по надуманным причинам. Постоянно повторяли: «Ты же экстремист». И намекали: «У тебя нет запрета на выезд, почему ты еще тут?» С ноября 2025 года начались обыски и запугивание новым уголовным делом.

«Они сказали, что приехали убедиться в том, что у меня все в порядке — с автоматами, в масках и бронежилетах. Они сказали, что сейчас участие в протестах в Жабинке в 2020 году переквалифицируют в массовые беспорядки, как они это делают. Я понял, что завтра или послезавтра уже придут и задержат снова. А до этого мне часто намекали про отъезд, подчеркивая, что у меня нет запрета на выезд», — говорит Виталий.

Осознав риск нового ареста, мужчина решил немедленно покинуть страну. Он уехал с одним рюкзаком. Сейчас Виталий занимается медицинскими обследованиями и легализацией. В Литве он уже подался на международную защиту.

«Быть на свободе, не бояться тюрьмы и стука в дверь — это для меня давно забытое ощущение. Но эйфория первых недель прошла. В чужой стране без знания языка я чувствую себя беспомощным. В ожидании решения по защите я не могу устроиться официально на работу и мне банально не на что жить. А дома осталась мама, сражающаяся с болезнью — мне хотелось бы и ее хоть как-то поддержать. Я прошу вас о помощи на первое время, так как нахожусь в безвыходном финансовом положении. Буду благодарен за любой донат», — говорит брестчанин.

Сумма сбора на BYSOL — 3 000 евро. Эти деньги пойдут на аренду квартиры, восстановление водительских прав, медицинское обследование, еду, одежду, обувь.

Читайте также: «Срок отбыла целиком». Многодетная семья из Пружан, в которой оба родителя были политзаключенными, просит поддержки