«Ломать — не строить». Чем закончилась история с захваченными озерами в Гершонах и почему досталось горисполкому

История с озерами в Гершонах в Бресте, которая началась летом с роликов в TikTok, подошла к развязке. После резонанса власти выдали около 20 предписаний, потребовали убрать ограждения и демонтировать самовольно построенные пирсы. Большинство требований уже выполнено, некоторые жители получили административные взыскания. Но чем дальше развивалась история, тем больше претензий появлялось уже не к владельцам домов, а к самому Брестскому горисполкому. Самозахват берегов и ограждения существовали годами, чиновники зашевелились только после вирусных видео, а затем вместе с заборами потребовали убрать и благоустроенные пирсы, которыми могли пользоваться рыбаки.

Читайте также: «В бетон закатают и налепят человейников». В Бресте на аукцион выставили 28 гектаров земли с озерами на улице Кирпичной

Все началось с TikTok: заборы и замки стояли годами, а горисполком заметил их после резонанса

Как ранее писало BGmedia, в начале июня брестский рыбак Дмитрий Левковец начал публиковать видео с озер в Гершонах. На одном водоеме он показал огороженные мостики с металлическими решетками и замками, на другом — фактически перекрытый доступ к целому озеру возле частного дома. В разговоре с местным жителем мужчина услышал, что водоем якобы «его» и рыбачить там нельзя.

@dekersГершоны Брест , мостики, коментируем как кто думает? по такие захваты територии♬ оригинальный звук — Дима.

При этом ситуация была неоднозначной. На соседних озерах жители действительно своими силами чистили берега, косили траву, строили деревянные мостики, запускали рыбу и утверждали, что никому не запрещали пользоваться водой. Сам автор роликов один из таких участков даже приводил в пример: там было чисто и ухоженно, а доступ для рыбаков оставался свободным.

@dekersГершонское озеро, самое большое в Бресте в черте города, опять мостики♬ оригинальный звук — Дима.

Главный вопрос сразу возник к городским властям. По словам местных жителей, часть заборов и пирсов существовала много лет. Однако официально горисполком отреагировал только 10 июня — через неделю после первых публикаций, когда видео уже разошлись по соцсетям. Тогда чиновники сообщили о рейде, зафиксированных незаконных сооружениях и выданных предписаниях на демонтаж.

@dekersОпять Гершоны —это Брест ,♬ оригинальный звук — Дима.

Именно это стало одной из главных претензий к горисполкому. Если ограждения действительно незаконно ограничивали доступ к государственным водоемам, почему их годами никто не замечал? Некоторые местные жители прямо утверждали, что о ситуации власти знали и раньше, но никаких действий не предпринимали. Получилось, что система контроля заработала только после того, как рыбак достал телефон и сделал проблему публичной.

Читайте также: «Машину нельзя, а дом можно?» Беларусы спорят о двойных стандартах у воды, пока в Германии берег защищают от частников

Около 20 предписаний и восемь снесенных пирсов: чем закончилась история с самозахватом озер в Гершонах

Спустя несколько месяцев государственный телеканал «Беларусь 1» вернулся к этой истории и рассказал, чем закончилась проверка. По данным начальника управления землеустройства Брестского горисполкома Дениса Лукашевича, жителям выдали около 20 требований-предписаний. На момент съемок сюжета примерно 90% из них уже были исполнены. Граждане самостоятельно демонтировали восемь пирсов и другие сооружения на землях общего пользования. Двух человек привлекли к административной ответственности.

В горисполкоме объясняют решение просто: земли под поверхностными водными объектами являются государственными и должны оставаться доступными для всех. Частные ограждения, калитки и сооружения, фактически присоединенные к домовладениям, ограничивали общественное пользование территорией.

Сам рыбак Дмитрий Левковец подтвердил, что первоначальная цель была достигнута: заборы и колючую проволоку возле одного из озер убрали, после чего он смог там спокойно рыбачить. Но последствия оказались шире, чем он рассчитывал. Предписания получили и те жители, чьи мостики он сам хвалил за аккуратность и открытый доступ.

К сентябрю спор фактически свелся к последнему объекту на улице Черниговской. Его владельцы пытались сохранить пирс, однако горисполком заявил, что он находится в водоохранной зоне и законных оснований для легализации нет. Демонтировать его потребовали до 15 сентября.

Формально задача властей выполнена: самовольные ограждения убрали, доступ к воде восстановили. Но вместе с очевидно спорными заборами под демонтаж пошли и благоустроенные мостики, что и вызвало новую волну недовольства.

Читайте также: «Там надо кольцо». Власти наконец-то взялись за перекресток на Ковельском шоссе, но у брестчан остались вопросы

Брестчане раскритиковали чиновников за снос пирсов и позднюю реакцию

Под сюжетом «Беларусь 1» значительная часть комментариев была адресована именно городским властям: «Что значит самозахват? Значит, местные власти не в курсе, что у них происходит на вверенной территории. Или не хотят тревожить зажравшихся, чтобы не было проблем и шума. Так власть или не власть?».

Другой пользователь задал похожий вопрос: «Простите, а местный орган власти для чего нужен, им нужно писать, чтоб они заметили хоть что-то? Почему власти не убирают водоем и не обкашивают его?».

Люди признают, что закрывать общий берег заборами и ставить замки было неправильно. Но многим совершенно непонятно, зачем вместе с ограждениями понадобилось уничтожать сами мостики:

• «Ну ограждение убрали, а зачем такой хорошенький пирс демонтировать, кому мешает?».
• «Не надо оправдывать самозахват. Это недоработка местной власти. Вот как пирсы могут мешать природе? Снесите заборы, и пусть люди рыбачат. Местные власти некомпетентны».
• «Из-за одного хозяина, который сказал: «Нет», теперь расхлебывают все жильцы. Пирс разве не дает доступ к воде? Дает. А вот ограду свою пусть уберут. В чем проблема так поступить? Зачем ломать хорошие пирсы».

Самый частый вопрос — что будет с озерами после демонтажа:

• «А теперь вопрос: демонтировали, а что дальше? Власти города установят новые для общего пользования? Или снова забудут про этот пруд?».
• «Ну посмотрим, что станет с озерами, когда люди перестанут за ними ухаживать. Я думаю, через пару лет там будет свалка и болото».
• «Ждем, что озера зарастут уже 200%».

Некоторые напомнили и о других водоемах Бреста: «Мухавец бы лучше почистили на Набережной, скоро зарастет и воды видно не будет даже».

Были и люди, которые не увидели в действиях властей ничего неправильного. Они напоминали: добровольная уборка общей территории не превращает ее в частную собственность:

• «Если я зимой расчищаю место на придомовой парковке, то это не значит, что место становится моим».
• «Свой пирс — сказано это не частная собственность. Добровольно сделать уборку — это не значит убранную территорию получить в собственность, и никто не должен спрашивать разрешения подойти к воде. Самозахват».

То есть по вопросу заборов особого спора почти нет. Основная критика касается того, что чиновники выбрали максимально простое решение: снести все незаконное вместо того, чтобы отделить закрытые частные зоны от мостиков, которыми могли пользоваться все.

Читайте также: «Я тут 60 лет прожила, такого чуда никогда не было». Узнали, как власти Бреста решают проблему затопления Гершон

Жительница Гершон дошла до помощника Лукашенко, пытаясь сохранить пирс

Самой заметной стала история Елены Завадской. Ее семья получила участок в Гершонах в 2007 году, а примерно с 2018-го начала благоустраивать прилегающую к дому территорию возле старого глиняного карьера, заполненного водой. По словам женщины, берег был заросшим и заваленным мусором. Семья вместе с детьми убрала коряги, бытовые отходы и бурьян, затем оборудовала мостик.

Елена утверждает, что ограждения, перекрывающего доступ к воде, у них не было, калитка оставалась открытой, а пирсом пользовались не только хозяева, но и соседские дети и рыбаки. Семья также объясняла его необходимостью безопасно спускаться к зарегистрированным лодке и катамарану.

После визита чиновников жители попытались легализовать участок либо получить возможность оставить мостик. Горисполком отказал.

Тогда Елена записалась на прием к помощнику Лукашенко, надеясь найти законный вариант сохранения сооружения. Она обращала внимание и на противоречие в ответах ведомств: в горисполкоме ссылались на природоохранные ограничения, тогда как в районном комитете природных ресурсов, по ее словам, сообщили, что конкретно на этот пруд такие требования не распространяются.

Но итог для семьи не изменился. Денис Лукашевич заявил, что пирс возле дома на улице Черниговской находится в водоохранной зоне и законных оснований для его сохранения нет. Этот объект остался последним, находившимся на контроле, и его также потребовали убрать.

При этом один пирс в Гершонах власти все же разрешили оставить: он расположен через дорогу от жилого дома и, по оценке чиновников, не препятствует свободному подходу людей к воде.

Получилась довольно странная граница между благоустройством и самозахватом. Самостоятельно чистить берег и ухаживать за ним можно, но построенное за свои деньги сооружение приходится демонтировать, если оно не соответствует формальным требованиям.

Читайте также: «Огороды и дворы стоят в воде. За землю платим, землей не пользуемся». Как брестчане комментируют подтопление Гершон 

«Забор убрать, пирс оставить». В споре о семье Завадских мнения снова разделились

История Елены тоже вызвала неоднозначную реакцию. Одни комментаторы считают, что семья сама создала себе проблему, пытаясь закрепить за собой часть общественной территории: «Ага, хочет хотя бы свой пирс узаконить или взять в аренду, потом каждый поузаканивает или возьмет в аренду и доступа к воде опять не будет, то есть вернемся на исходную точку».

Другие обращали внимание на калитки и ограждения: «А кто вам разрешил калитку ставить не на своем участке?».

Но многие все же разделяют две вещи: перекрытый берег и сам пирс: «Не ну если забор стоял и эта земля не принадлежит хозяевам забора, забор должен быть снесен и организован общественный доступ. А то, что частник убрался там, — это хорошо, то, что построил пирс, — это хорошо. Зачем это сносить?».

Еще один беларус сформулировал проблему так: «Проблема не в том, что построили пирсы и мостики. А в том, что начали огораживать их по периметру и закрывать на замок. Как по мне, это и есть самозахват».

И именно здесь горисполком в этой истории оказался в самой невыгодной позиции. Незаконные ограждения действительно нужно было убрать и вернуть людям свободный доступ к воде. Но они появились не вчера и существовали годами. За это время местные власти либо не видели проблему, либо не считали ее достаточной для вмешательства. Понадобился рыбак с TikTok, чтобы через несколько дней начались рейды и появились предписания.

А когда чиновники наконец вмешались, их решение оказалось максимально простым: убрать не только заборы и замки, но и многие пирсы. В результате доступ к озерам действительно вернули, но теперь возник другой вопрос — кто будет чистить заросшие карьеры, убирать мусор и где рыбакам удобно подходить к воде.

Получилась история, в которой жители явно перегнули палку, превращая общественные берега в продолжение собственных участков. Но больше всего репутационно потерял Брестский горисполком: годами не замечал проблему, заметил ее после TikTok, а затем решил настолько просто, что даже многие сторонники свободного доступа к озерам спрашивают — почему нельзя было снести заборы, оставить хорошие пирсы и сделать их доступными для всех.

Читайте также: «Его назначили, а не выбрали». Брестчане заподозрили накрутку голосов в горисполкоме при выборе названия нового пляжа