Оправдание собственного выбора. Нужно ли мучительно искать, кто виноват в аресте Nizkiz

Первое большое бурление байнета в новом 2024 году произошло из-за задержания музыкантов группы Nizkiz. А точнее, из-за того обстоятельства, что артисты не уезжали из страны после протестов 2020 года, а продолжали жить в Беларуси и гастролировать в странах Европы.

Читайте также: «Виноват режим Лукашенко и силовики»: реакция байнета на задержание музыкантов группы Nizkiz

Сразу проявилась характерная для травмированного беларуского протестного сообщества черта: желание найти крайнего. «Кто виноват?» — этот философский вопрос сейчас возникает первым по любому поводу. Неприятному поводу, если быть точным.

А неприятные поводы почти все. 

Одно это обстоятельство уже объясняет вечный поиск крайних с точки зрения психологии: люди в постоянном стрессе, расслабиться невозможно, на тебя сыплються все новые и новые гадости. Возникает внутренний крик: «Да сколько ж можно?! Кто творит всю эту дичь?» А так как до тех, кто фактически ее творит, добраться невозможно, психика ищет более доступные объекты для выплескивания негатива. Можно позлиться на тех, кто подвергает себя опасности, возвращаясь в Беларусь, а можно — на тех, кто своими комментариями в интернете не уважает чужой выбор. Психологический механизм переноса эмоций в этих случаях может быть совершенно одинаковым. 

Все обсуждения ситуации с Nizkiz, которые приходится видеть, так или иначе крутятся вокруг вины и виноватых. 

Кто-то не понимает, зачем так явно подставлять себя, кто-то призывает не обвинять жертву и настаивает на виновности исключительно режима. Кто-то говорит, что беларусы в эмиграции ищут в этом кейсе подтверждения правильности собственного выбора. И это опять про вину или, сказать мягче, сомнения. Вдруг нас осуждают за то, как поступили мы? Вдруг наш выбор не самый лучший? А тут подтверждение: вот что было бы, если бы мы остались. 

Читайте также: «Предпринимательский сектор принял на себя основной удар репрессий». Экономист — об оттоке кадров из экономики

При этом другой философский вопрос: «Что делать?» всерьез не рассматривается. Само собой понятно, что сделать ничего невозможно, кроме как подумать о своей безопасности. Примерно такое убеждение сидит у нас в подкорке.

Все это создает токсичную ситуацию, когда новое несчастье с кем-то из людей с нашей стороны баррикад вызывает взаимные обвинения, а не взрыв солидарности, как было в 2020.  

Чуть более глубокомысленно, чем другие комментаторы, высказался журналист Игорь Ильяш, муж политзаключенной журналистки Катерины Андреевой.    

«Просто заворожен комментариями в духе «зачем», «феерические», «не оскудеет земля» (и это самые мягкие формулировки) по поводу задержания музыкантов Nizkiz, которые оставались в Беларуси несмотря ни на что. 

Мне вот интересно, а люди, которые подобное пишут, вообще понимают, насколько эти слова созвучны вопросу «Оно того стоило?», который многие политзаключенные, начиная с 2020 года, слышали от своих тюремщиков?

Впрочем, чего это я. Вы же обесцениваете чужой выбор просто для того, чтобы не сомневаться в собственном. Практично и удобно. Схема работает по обе стороны баррикад».

Читайте также: «Приходит время отвечать за свои поступки». Что известно о новом главе управления СК по Брестской области

В вопросах, которые задавали «протестунам» в 2020 году те, кто с ними взаимодействовал от лица системы, звучала и некоторая тревога (когда другой делает не так, как ты, это беспокоит), и желание удостовериться в правильности — даже единственно правильности — своего пути, несмотря на те или иные сделки с совестью на нем. Для беларуса большую роль играет аргумент «Ну а как иначе?» 

Игорь Ильяш обратил внимание на схожесть менталитета двух враждующих между собой групп беларуского общества. Это вполне естественно, что мы мыслим похоже. Мы по-прежнему один народ. Думать, что те, кто вышел на марши в 2020, резко стали противоположностью остальной стране и себе самим вчерашним, очень наивно.

А это приводит к ситуации, когда, будучи во многом похожи, мы не можем принять различия между нами. Сейчас это работает и внутри протестных кругов.

Но, возможно, за кадром зловещей тенью висит еще один вопрос, который втайне мучит беларусов. О нем пока не говорят громко в независимых СМИ. Да-да, тот самый, который задавали тюремщики в 2020 году. Стоило ли выходить, если следом тянется только бесконечный поток страданий? Этот вопрос сразу вызовет взрыв негодования. Вы продались пропаганде! Вы обесцениваете самое светлое событие в истории Беларуси! Вы не верите в демократию!

Если лично у вас этот вопрос вызывает именно такие эмоции, то самое время им задаться. Не для того, чтобы сказать: «А, не стоило. Все ложь, нет правды на свете». Не для того, чтобы внезапно полюбить Лукашенко или признать нормальной его жестокость по отношению к противникам. Не для того, чтобы вычеркнуть из жизни яркие моменты 2020 года и добровольно записать покаянное видео на фоне двери: «Я сознаю, что был не прав».

Вопрос нужно задать действительно честно, ради ответа. Дело в том, что протест 2020 года был очень эмоциональным действием, когда люди не вполне осознавали свою мотивацию, свои цели и тем более последствия. Многих вовлекала «атмосфера праздника». Это не значит само по себе, что мы действовали неправильно. Это значит только то, что в любом случае настанет момент, когда эмоциональное действие нужно осмыслить. Если этого не делать из страха обнаружить что-то неприятное для себя, тогда стресс и раздражение будут только нарастать. Особенно в ситуации, когда последствия эмоционального действия несоразмерные с ним и очень тяжелые.

Пока демократически настроенные беларусы не выглядят как люди, уверенные в своем выборе и принимающие как данность (не как нормальное положение дел) его последствия. А если нет уверенности в выборе, остается только любыми средствами защищать его от чужих мнений и собственных сомнений.

Право самому судить свои поступки, а не отдавать это на откуп кому угодно вокруг, как раз характеризует взрослого, морально устойчивого человека. Способного со временем находить осмысленные ответы на тот самый вопрос «Что делать?»