Приходилось выпрашивать туалетную бумагу и прокладки. Как в Бресте по «делу Зельцера» судили экс-сотрудницу БелТА

5 сентября в Брестском областном суде начали рассматривать уголовное дело политзаключенной минчанки Инны Можченко. Она обвинялась по ст.369 УК (Оскорбление представителя власти) и ч.1 ст.130 УК (Разжигание вражды и розни). Судьей выступала Вера Филоник, сторону гособвинения представлял прокурор Александр Батюшко. Почему минчанку судили в Бресте? Это остается загадкой. Брестская «Весна» рассказывает все, что известно об этом деле.

Читайте также: Очередной суд по «делу Зельцера», на время закрывают остановку «МОПРа»: Что произошло в Бресте и области 7 сентября

Осталась работать в БелТА после 2020 года, но позволяла себе протестные комментарии. Кто такая Инна Можченко?

Инна Можченко входила в «Союз писателей Беларуси» и до задержания в сентябре 2021 года работала в БелТА. В госкомпании она занимала должность «начальник сектора работы с электронной информацией отдела поддержки и развития интернет-ресурсов».

Политзаключенная женщина — разноплановая авторка. Судя по ее странице на сайте самиздата samlib.ru, она писала художественную прозу и поэзию в жанрах фэнтези, приключений и любовных романов. А в 2019 году выпустила книгу «Герои партизанского края: 75-летию освобождения Беларуси и Победы в Великой Отечественной войне посвящается». На сайте российского МИДа даже отмечалось, что издание выпущено «при поддержке Постоянного Комитета Союзного государства».

С другой стороны, в соцсетях минчанка иронизировала над выступающими в советской военной форме музыкантами. А на анонимной странице во «ВКонтакте» и вовсе сохраняла картинки из телегам-канала «Усы Лукашенко» и писала протестные комментарии.

Когда ее задержали и из-за чего завели уголовное дело

28 сентября 2021 года в минской квартире случилась перестрелка. Почти сразу общественности стало известно, что в результате погибли двое: сотрудник КГБ Дмитрий Федосюк и айтишник Андрей Зельцер, в чью квартиру пришли силовики. По этому поводу в соцсетях высказались многие. Свои комментарии оставила и Инна Можченко. В сообщениях, оставленных в группе в Facebook с названием «Солидарность», женщина вела переписку с неким Анатолием Чернышовым. Из-за этих комментариев 29 сентября нагрянули силовики уже к самой Инне. С того дня женщина сидит за решеткой. Там же она встретила свой 45-й день рождения.

На суде обвиняемая кратко рассказала про условия в изоляторах, в которых за это время сидела. Сперва ее поместили в ЦИП на Окрестина, где она провела 5 суток в 2-местной камере, в которой находилось 16 человек. Потом ее увезли в СИЗО Жодино. Там заключенным устроили, как рассказала Инна, «воспитательный карантин».

На протяжении полутора месяцев в ее восьмиместной камере находилось 14 человек. Передачи не разрешались, из-за чего приходилось выпрашивать у сотрудников туалетную бумагу и прокладки. После их «сняли» с такого «карантина», условия чуть улучшились, однако к моменту суда все равно появились ощутимые проблемы со здоровьем.

А потом из СИЗО Жодино женщину повезли судить в Брест. Почему судебный процесс проходит не в столице, где задержали Инну, где она жила и работала, — непонятно.

Читайте также: Они кричали «Закрой рот!» и требовали стать на колени

А был ли состав преступления? Прокурор во время суда корректировал обвинение

В чем именно заключалась преступность сообщений Инны Можченко, сторона обвинения на суде не могла нормально объяснить. Сперва прокурор Александр Батюшко зачитал предъявленное обвинение: в период с 9 августа 2020 года по 29 сентября 2021 года Инна Можченко оставляла публичные комментарии про погибшего 28 сентября 2021 года сотрудника КГБ Федосюка, про его мать и в целом про сотрудников КГБ. В части комментариев, согласно гособвинителю, были признаки оскорбления, в других усмотрели признаки умышленного разжигания вражды в отношении правоохранителей.

Однако имеющиеся в деле экспертизы проводились только для сообщений Можченко, которые она написала 29 сентября 2021 года. Получилось, что не было судебно-лингвистических экспертиз про сообщения, которые доказывали бы оскорбительность того, что Инна написала в период с 9 августа 2020 года по 28 сентября 2021 года. В итоге на стадии судебных прений прокурор подкорректировал обвинение: окончательно женщине вменили только написание оскорбительных и разжигающих вражду сообщений 29 сентября 2021 года.

Целиком на суде эти сообщения не зачитывались, а найти их в Facebook брестской «Весне» не удалось. Однако известно, что проведенная в рамках дела судебная экспертиза обнаружила в них «формирование негативного стереотипа в отношении сотрудников правоохранительных органов».

Прокурор, в том числе предъявив окончательное обвинение, трактовал сообщения куда шире: якобы Инна Можченко подразумевала и одобрение поступка Зельцера, и подстрекала к насильственным действиям над правоохранителями. По его логике есть состав преступления и по статье о разжигании вражды и розни.

Такие мотивы Инна и ее адвокатка на суде отрицали. Они апеллировали к предъявленным самой прокуратурой доказательствам: к судебно-лингвистической экспертизе, которая не нашла никаких двойных смыслов, никакого подразумеваемого призыва к насилию. В ходе прений прокурор не использовал свое право на реплику, чтобы как-то возразить на эти доводы.

По части, которая касается «оскорбительности» сообщений (то есть состава преступления по ст.369 УК), защита обвиняемой подчеркнула: согласно примечанию к статье, оскорбление должно быть выражено в неприличной форме. Адвокатка отметила, что в выступлении прокурора не было обозначено, какие именно слова имеют неприличную грубую форму, что именно противоречит общечеловеческой морали.

Более того, проведенная в рамках дела экспертиза установила: все лексемы, использованные в комментарии, находятся в словарях русского языка общеупотребительной лексики без стилистических пометок. По этой части прокурор также ничего не ответил.

Читайте также: Усов: «Лукашенко всегда боится показать, что он слаб, что боится, что испугался, что денег нет, что готов к диалогу»

Итог: три года колонии общего режима

Во время судебного заседания 6 сентября прокурор заявил, что находит вину Инны Можченко доказанной по обеим предъявленным статьям. Он попросил судью назначить 1 год лишения свободы со штрафом размером 100 базовых величин (3 200 рублей) по статье 369 УК РБ (Оскорбление представителя власти). А по ч.1 ст.130 УК РБ (Разжигание вражды и розни) просил дать 2 года и 6 месяцев лишения свободы. Суммарно же предложил наказать Инну Можченко тремя годами колонии общего режима со штрафом.

7 сентября известная в Бресте политически мотивированными приговорами судья Вера Филоник удовлетворила требования прокурора и присудила политзаключенной минчанке три года колонии общего режима.

Читайте также: «Будет вторая волна». Собрали мнения экспертов о том, кого коснется анонсированная амнистия