«Нацбанк был достаточно хорош»: эксперт — о том, почему не произошло резкого краха белорусского рубля (видео)

7 апреля курс доллара установил исторический максимум: он вырос до 2,6676 рубля. На следующий день он немного снизился — до 2,6616 рубля. Почему, несмотря на масштабные и долгие протесты, белорусская экономика до сих пор находится в работоспособном состоянии, и не произошло одномоментного краха белорусской национальной валюты даже в условиях тяжелой экономической ситуации? На эти вопросы в первом выпуске еженедельной программы iSANS Talks ответил старший научный сотрудник Белорусского экономического исследовательско-образовательного центра (BEROC) Лев Львовский.

По его словам, причин несколько. Общая причина заключается в том, что до начала текущего кризиса белорусская экономика, ее резервы были в довольно хорошем состоянии.

«У нас было несколько профицитных лет подряд. Было накоплено достаточно большое количество профицитов государственного бюджета, у Нацбанка был рекордный уровень золотовалютных резервов, благодаря успешной работе Нацбанка по борьбе с инфляцией в последнее время у нас была снижена степень долларизации экономики, увеличилось и было может быть самое большое за всю историю доверие к рублю. Кроме того, было доверию к рублю со стороны иностранных игроков. Все время велись разговоры о том, что теперь наш государственный долг уже можно будет переоформить в белорусских рублях, к этому все шло и буквально еще чуть-чуть — и мы бы согласовали это. Стоимость заимствования по внешнему долгу тоже уменьшалась, то есть мы были на пике своего финансового институционального развития. Соответственно, тем больше времени занимают все эти кризисные процессы, процессы эрозии доверия и так далее», — поясняет эксперт.

Читайте также: Эксперты спрогнозировали, что будет с рублем, инфляцией и нефтью в конце 2021 года

Напомним, по итогам 2020 года, которые ежегодно подводят Аналитический центр «Стратегия» и Научно-исследовательский центр Мизеса, Нацбанк был признан лучшим органом государственного управления. По мнению экспертов, ему удавалось противодействовать разрушительной политике Совмина, Минфина и отраслевых министерств, адекватно управлять широкой денежной массой в условиях внешних шоков, расширить возможности граждан и бизнеса самостоятельно и легально управлять валютными рисками, в том числе за счет открытия счетов за рубежом. А также Нацбанк получил такую высокую оценку за подготовку финансовой системы страны к тройному дефициту: государственного бюджета, оборотного капитала у предприятий и ресурсов у домашних хозяйств.

Как Национальному банку удавалось удерживать такие здравые позиции в целиком авторитарной системе власти, объяснял в конце прошло года экономист Лев Марголин.

Лев Львовский обращает внимание: в прошлом году скачок курса мы наблюдали дважды. Во втором квартале прошлого года, вызванный коронавирусом, и в августе.

«Но почему условный доллар сейчас не стоит пять рублей? — спрашивает эксперт и отвечает. — Просто потому, что так работает экономика. Нацбанк предпринял очень решительные меры, в начале в августе были влиты на рынок рекордные 1,4 млрд долларов, чтобы удовлетворить повышенный спрос. Затем началась неортодоксальная политика замораживания рублевой ликвидности, чтобы деньги не заимствовались у Нацбанка, не попадали на валютный рынок. Соответственно, у этого есть последствия. Но наш профессиональный Нацбанк был достаточно хорош, чтобы предотвратить какие-то жесткие изменения».

Читайте также: Как на кошельки белорусов повлияет сокращение золотовалютных резервов, «БГ» рассказал экономист Вадим Иосуб

Что касается реального сектора, то там многие проблемы были просто отложены. Использовались резервы и кредиты, чтобы работать на склад, людей не сокращали, зарплаты выплачивались, но уже сейчас видно удручающее состояние ряда предприятий.

«Мы видим в официальных отчетах и Национального банка, и Министерства финансов о том, что убытки убыточных предприятий за 2020 год увеличились в разы. Теперь проблемы предприятий Минфину приходится решать буквально в ручном режиме, договариваясь с банками о частичном списании, используя какие-то трюки в виде выпуска акций этих убыточных компаний, так что эти заводы как будто бы могут расплачиваться этими номинальными акциями за свои долги. Все это делает систему менее стабильной, менее прочной, но само по себе не приводит к острой фазе кризиса», — говорит Лев Львовский.

Но сколько еще может продержаться белорусская экономика в таком режиме без новых вливаний денег? По мнению Льва Львовского, тут два варианта ответа. Первый: хоть сколько. Можно провести аналогию больных ВИЧ — умирают они не от самого вируса, а от других болезней, потому что их иммунитет полностью подавлен.

«То же самое в некотором смысле происходит и у нас. Золотовалютные резервы уменьшаются: с начала года минус еще примерно полмиллиарда долларов. Вот эта краткосрочная стратегия о заморозке рублевой ликвидности, которая применяется у нас уже полгода, означает, что предприятия, у которых будут возникать какие-то проблемы, не смогут перекредитоваться, не смогут выстоять при каком-то новом дуновении ветерка. Но в теории, если никакого внешнего шока не поступит, то в таком режиме мы можем жить еще год, два и больше», — считает эксперт.

Кроме того, есть еще Россия, которая регулярно кредитует Беларусь. И хотя последние переговоры Александра Лукашенко и Владимира Путина по переформатированию кредита, который изначально выдавался под строительство АЭС, по всей видимости, не увенчались успехом, это не означает, что Россия не начнет поддерживать Беларусь, когда наступит какой-то новый шок. В конце концов, России выгодно, чтобы белорусская экономика не схлопывалась: по крайней мере, оставалась на прежнем уровне, так как Беларусь уже должна России очень много денег.

Читайте также: Лукашенко – об информации в СМИ после его встречи с Путиным в Сочи: «Процентов 70 — это полная брехня и выдумки»

«С другой стороны такая зависимость от России ставит Беларусь в некоем смысле тоже в уязвимое положение. Беларусь — не единственная страна, в которой есть проблемы с правами человека. Другой такой страной является Российская Федерация. И санкции, которые могут быть направлены против Российской Федерации, могут ощутимо сказаться и на Беларуси. Наши экономики очень связаны, валюты супер коррелированы. Если из-за истории с Навальным, применении химического оружия или еще из-за какой-либо истории США наложат серьезные санкции на Россию и российский рубль пойдет вниз, белорусский рубль обязательно последует за ним», — подытоживает Львовский.

Читайте также: Чалый – о том, почему санкции США всегда гораздо страшнее санкций других стран, а контрсанкции Беларуси – это месть