Орешкин: «Игры Лукашенко обходятся в 7-10 млрд долларов в год, что в два-три раза больше, чем содержание Крыма»

Российский политолог и ученый Дмитрий Орешкин в эфире «Дождя» прокомментировал разные приоритеты Александра Лукашенко и Владимира Путина, отношение президента России к миграционному кризису и переговоры и.о. канцлера Германии Ангелы Меркель с Лукашенко.

«Приоритет Лукашенко — сохранение и укрепление своей личной власти над этой территорией (в Беларуси). Приоритет Путина — не допустить «украинской беды», с точки зрения кремлевских стратегов, и разворота Беларуси в сторону ЕС. Лукашенко — лучшая гарантия от такой беды, потому что его в Европе никто не ждет. Поэтому Путин вынужден терпеть Лукашенко и кормить его. По данным МВФ, до 2015 года ежегодный «объем кормления Лукашенко» со стороны России составлял примерно 10 млрд долларов», — сказал эксперт.

По его мнению, после 2015 года «объем кормления Лукашенко» стал поменьше, но все равно больше 5 млрд долларов. Сюда входят газовые и нефтяные дотации, игры с льготами и пограничными пошлинами. Грубо говоря, российскому налогоплательщику игры Лукашенко обходятся в 7-10 млрд долларов в год, что примерно в два-три раза больше, чем содержание Крыма.

Читайте также: Елисеев – о Лукашенко: «Ни Запад, ни Россия, ни тем паче Китай – не желают содержать убыточное предприятие БССР-2»

Орешкин уверен, что Путин имеет самое непосредственное отношение к миграционному кризису на границе Беларуси и Евросоюза. Он играет в свою игру, которая заключается в том, чтобы создать ситуацию, а потом взять награду за то, чтобы эту ситуацию разрулили. Так действовали люди в малиновых пиджаках в 90-е.

«На границе с ЕС создается ситуация с беженцами, которых на самом деле, согласно Женевским соглашениям, нельзя считать беженцами, потому что их жизни на родине ничто не угрожает. Они уезжали через легальные аэропорты с легальными документами. Никакого голода они не испытывали, потому что купили себе путевки в Беларусь за 2-3 тысячи долларов каждый. То есть, это не совсем нищие люди. И называть их беженцами — значит, не понимать смысл международного гуманитарного права», — отмечает политолог.

По его мнению, сейчас Путин участвует не в разруливании, а в эскалации ситуации. На границе гуманитарный кризис, о людях нужно беспокоиться. Что делает Путин? Он дает понять, что этот миграционный кризис того и гляди перерастет в военный, он посылает туда ядерные бомбардировщики, которые не везут гуманитарную помощь. Он выбрасывает там десантников, которые не с коробками питания или спальными мешкам летят. Они создают военное напряжение.

«Логика такая — создаем ситуацию, чтобы на Западе испугались, чтобы западная либеральная общественность надавила на своих руководителей и те согласились, или чтобы Лукашенко пробил эту дыру в ЕС и по ней полноводной рекой потекло все большее количество людей, которые бы увидели, что так все получается. А если хотите решить проблему, тогда — уступайте», — объясняет логику российских властей Орешкин.

Читайте также: Конституция, ВНС, Лукашенко, Путин, мигранты, Меркель… В Европе понимают, с кем имеют дело

Политолог сравнил переговоры Меркель с Лукашенко с переговорами премьер-министра России Виктора Черномырдина с Басаевым, когда тот захватил больницу в Буденовске.

«У Лукашенко несколько тысяч людей в заложниках на границе. Меркель как нормальный вменяемый политик жертвует своим престижем и говорит с Лукашенко, не называя его президентом и не обещая его так назвать. Возможно, они обсуждают вопрос эвакуации тех же самых женщин и детей. Как минимум, они обсуждают вопрос о том, чтобы допустить туда гуманитарные грузы с водой, медикаментами и т.д.», — считает эксперт.

Он считает, что до момента переговоров «гуманный» Лукашенко не допускал туда гуманитарную помощь. Правда, через неделю после того, как они там мерзли, дал распоряжении помочь беременным женщинам.

«Он не может этот кризис убрать, он может только наступать. Соответственно, мужиков будут и дальше гнать на штурм этой линии. И курды, которые перешли границу с Литвой, это подтверждают, они рассказывают — нас сюда привезли белорусские военные и сказали: «Назад вам хода нет», — подытожил политолог.

Читайте также: Шрайбман — о звонке Меркель: «Пощекотали эго, чтобы он открутил свои же действия назад. Про уступки вряд ли шла речь»