«Овсянка, сэр! Спасибо, Бэрримор!», или Как Денис Дудинский про овсянку на Окрестина пошутил

Так случилось, что на одну ночь в камере ИВС на Окрестина я оказался совершенно один — предыдущих сидельцев отпустили или перевели, а следующих ещё не поймали, вспоминает на своей странице в Facebook Денис Дудинский.

Утро. Подъем. В коридоре начинает тренькать тележка, на которой развозят завтрак. Жду — до моей камеры еще примерно минут двадцать. И тут слышу, как в камере напротив со скрипом и лязгом открывается окошко-кормушка и дежурный говорит: «Завтрак!» От заключённых следует вопрос: «А что там на завтрак?» В ответ: «Овсянка.» И тут я просто подпрыгиваю на лавке. Овсянка? Овсянка??!!!Овсянка!!!! И воображение уже подсказывает дальше — овсянка, сэр… И все эти, Бэрримор, Ватсон, сэр Баскервиль и т.д. И вот я в ожидании тележки уже нарезаю круги по камере, тренируясь имитировать голос Ливанова: «Овсянка, сэр! Спасибо, Бэрримор!» А параллельно прислушиваюсь — не дай бог кто-нибудь из других камер опередит меня и первым использует мою гениальную шуточку!

Читайте также: Помните акцию в поддержку Беларуси от популярного американского сатирического шоу? Уже известно, что стало с мишками

И вот, как мне кажется, торжественно и с достоинством тележка с завтраком доезжает до моей камеры. С лязгом открывается раздаточное окошко (а я в этот момент тихонько напеваю мелодию из советской передачи «В гостях у сказки». Помните, когда в начале была заставка с открывающимися ставнями в сказочной избушке?). В окошке появляется румяное лицо:

— Завтрак! — как-то буднично и даже немного устало произносит лицо. Видимо, оно еще не догадывается, что впереди его ждёт искромётный юмор и утончённая ирония.

Я наклоняюсь к окошку и с особым трепетом спрашиваю: «А что на завтрак?» И в ответ получаю долгожданное: «Овсянка.» И вот тут-то наступает мой звёздный час! Я пару секунд выдерживаю паузу и хриплым ливановским голосом произношу…

Читайте также: «Как лично я это понимаю». Денис Дудинский прокомментировал одну из фраз Артема Сикорского

БЛИН!!!!, я не знаю, что произошло в моей голове, но вместо «Овсянка? Спасибо, Бэрримор.», я произношу: «Овсянка? Спасибо, Камбербэтч!» Чёррррт!! Я в полнейшем смятении отпрыгиваю от раздаточного окошка и начинаю метаться по камере, причитая вслух: «Блииииин, ну как же так!!!! Я же готовился! Я же репетировал!!! Дурак!» На протяжении всего этого гамлетовского этюда румяное лицо в окошке, словно добрая бабушка из сказки в том самом окне с резными ставнями, продолжало наблюдать за моими страданиями. В какой-то момент лицо произнесло:

— Не получилась шутка?

В ответ сокрушенно качаю головой. Лицо:

— Если хотите, я сейчас закрою окошко, отъеду с тележкой, снова подъеду и вы попробуете ещё раз. Обещаю, я буду смеяться.

Ну куда там! Это уже будет неинтересно и не нужны мне такие одолжения. Беру миску с овсянкой и спрашиваю румяное лицо:

— А что, я не первый, кто решил так про овсянку пошутить?

Лицо грустно качает головой:

— И не первый, и не десятый, и даже не сотый. За столько-то лет моей работы здесь!.. Но вы не волнуйтесь, в моей памяти вы навсегда останетесь заключенным, который эту шутку преподнёс максимально оригинально.

Утреннюю холодную овсянку я ел без аппетита и даже с некоторым отвращением, пишет Дудинский о событиях годовой давности.

Читайте также: «Бумаги сразу полетели в мусорку». Полине Шарендо-Панасюк дважды предлагали написать прошение о помиловании