Режим боится революции — но празднует ее. Почему власти Брестчины отмечают «Великий Октябрь»

Парадокс по-беларуски

На этой неделе во всех районах Брестской области проходят праздничные мероприятия, приуроченные к Дню Октябрьской революции. По информации облисполкома, жителей ждут тематические выставки, концерты, митинги, автопробеги, квесты, спортивные состязания и «информационные часы».

Так, в Бресте 7 ноября состоится митинг и возложение цветов к памятнику Ленину. В Барановичах открывают детскую площадку и новый арт-объект — зубра, в Пинском районе — чествуют матроса, участника революции 1917 года. Даже цифровизация и спорт теперь «во имя Великого Октября»: акции, квесты, биатлон и плавание проходят под революционными лозунгами.

Словом, вся Брестчина живет духом 1917 года. И все бы ничего, если бы не одно «но»: страна, где власть боится любых перемен, отмечает праздник восстания против власти.

Читайте также: «Еще осень не закончилась, а уже Новый год»: в Бресте начали ставить елку — горожане недоумевают, зачем так рано

«Режим, боящийся революции, празднует революцию» — мнение аналитика

Политический обозреватель Александр Класковский считает, что сама идея празднования Дня Октябрьской революции в современной Беларуси выглядит нелепо и противоречиво.

«Режим, который панически боится революций, отмечает революционный праздник. Вождь не раз повторял, что „лимит на революции Беларусь исчерпала“. Но это, конечно, не аргумент — а скорее отражение страха перед переменами», — отмечает эксперт.

Класковский проводит историческую параллель: большевики, придя к власти, говорили, что создают народное правление, но быстро построили диктатуру партийной номенклатуры. Лукашенко, пришедший в 1994 году как «народный президент», пошел тем же путем — от демократических выборов к жесткой авторитарной системе, где выборы давно превратились в декорацию.

СССР жив — но только в календаре

Беларусь сегодня остается единственной страной в мире, где на государственном уровне празднуют годовщину вооруженного переворота в соседней России. Сам Кремль давно отказался от этого символа, а официальный Минск — нет.

По словам Класковского, Лукашенко — «по складу мышления человек глубоко советский». Его ностальгия по СССР помогла прийти к власти в 1990-х, когда общество устало от хаоса после распада Союза. Но с тех пор страна изменилась, а власть — нет.

«Современная Беларусь застряла в прошлом, — отмечает аналитик. — Вождь не способен реформировать систему, и потому вгоняет общество в примитивные рамки насилием. От большевизма он унаследовал только одно — идею диктатуры».

Без идеологии, но с пропагандой

Если у большевиков хоть какая-то идеология была, то нынешняя власть Беларусь живет без идеи, признает сам Лукашенко. Взамен — пропаганда, построенная на ненависти к инакомыслию и страхе перед свободой.

В официальной риторике все по старинке: Запад — враг, оппозиция — экстремисты, а желание свободных выборов превращает человека в «врага народа».

Не случайно, подчеркивает Класковский, сотни тысяч беларусов покинули страну за последние годы. Это не просто эмиграция — это «утечка мозгов и душ», следствие страха власти перед собственным народом.

Страх как государственная политика

Почему же власть, так ревниво охраняющая «стабильность», все еще празднует Октябрьскую революцию? Ответ прост — ритуал заменяет смысл.

Лукашенко и его окружение пытаются удержать контроль, создавая иллюзию исторической преемственности. В этом «официальном советском театре» каждый праздник — способ напомнить: власть вечна, народ должен быть благодарен и послушен.

Но за фасадом этой идеологической драмы — экзистенциальный страх. Страх, что однажды беларусы снова вспомнят, что революция — не всегда зло, а иногда просто право народа быть свободным.

История умеет удивлять

Сегодня режим Лукашенко кажется устойчивым, а репрессии — бесконечными. Но, как напоминает Класковский, в начале 1980-х казалось, что СССР — вечен. Прошло десять лет — и империи не стало.

«Советская система рухнула быстро, потому что люди устали жить во лжи. Беларусь, к сожалению, до сих пор расплачивается за этот не изжитый „совок“ в массовом сознании», — заключает аналитик.

Брестские чиновники украшают улицы красными флагами и цитатами из Ленина, не замечая, что тем самым напоминают людям: власть, пришедшая из революции, всегда боится новой.

И чем громче играет оркестр 7 ноября, тем сильнее чувствуется — в Минске и Дроздах — страх перед будущим, в котором революция снова может стать словом не из календаря, а из жизни.

Читайте также: Известный журналист, инженер, который искал работу в Литве: кого из Бреста признали «экстремистами» и за что