Марцелев: «Если произойдет вторжение в Украину, миру станет все равно, что провели в Беларуси, а что не провели»

ОДКБ ввела «миротворческие войска» в Казахстан, совершив опасный прецедент. Беларусь приняла непосредственно участие в этой операции, направив военных в горячую зону.

О последствиях такого решения независимый ресурс побеседовал с политологом, одним из ближайших соратников Николая Статкевича Сергеем Марцелевым.

– Почему Минск поддержал ввод войск ОДКБ в Казахстан, несмотря на многочисленные риски? Не просто не возражал, но даже являлся самым громким идейным вдохновителем акции.

– Существуют две причины, и обе, на мой взгляд, лежат на поверхности.

У режима не осталось поля для внешнеполитического маневрирования после событий 2020 года, когда он пошел на значительные уступки России взамен за поддержку Кремля.

Читайте также: Как пропагандисты склоняют Беларусь к конституционному «сожительству» с Россией и членству в «партии прошлого»

Беларуский лидер болен властью. Не в смысле потери рычагов экономического или политического влияния, нет, власть для него – сакральный символ. Когда на саммите ОДКБ в 2011 году он впервые предложил, чтобы ОДКБ стала инструментом защиты персональной власти, не только Ташкент резко возразил, даже Россия в лице Бордюжи встретила это предложение прохладно. Было однозначно сказано: если протесты возникнут по сценарию 2010 года, никакого вмешательства коллективных войск не будет.

На саммите ОДКБ в 2011 году Лукашенко впервые предложил, чтобы ОДКБ стала инструментом защиты персональной власти.

Режим в то время находился под колоссальным давлением событий 2010 года: беспрецедентно много людей в тюрьмах, страна оказалась под экономическим и санкционным давлением Запада. То есть еще с 2011 года Минск рассматривал ОДКБ как инструмент вмешательства во внутренние дела стран-членов блока.

Все члены организации, за исключением одной – это потешные войска. Что видно и по казахстанскому кейсу: даже логистическую часть операции Россия взяла на себя и войска доставлялись в Казахстан транспортными самолетами ВКС РФ.

Лукашенко опасается, что следующее потрясение после 2020 года он может просто не пережить: волнообразное нарастание протеста каждые десять лет, возраст, здоровье – все это серьезные испытания.

– Казахстанский кейс завершил формальную трансформацию Беларуси из донора региональной безопасности в угрозу соседям?

– Позволю себе покапризничать. Мне всегда было непонятно, кто так легкомысленно ввел термин «донор региональной безопасности» в оборот. Ведь в международных отношениях таковым являются те государства, которые могут обеспечить военный зонтик. А Беларусь – обычный потребитель таких услуг.

Более того: становится все более токсичной и одиозной на международном уровне.

Похоже, Нарышкин и Служба внешней разведки РФ доложили Лукашенко  о надвигающемся кризисе в Казахстане.

…Всегда думал, почему Лукашенко много говорит о референдуме? Но никак не назначает его дату – все оттягивает и оттягивает… Мне казалось, один из вариантов таков: он осведомлен куда больше, чем представлялось, о возможном вторжении России в Украину, и считал конфликт неизбежным. Следовательно, тогда и плебисцит не понадобится. Но, похоже, дело в другом: господин Нарышкин и СВР РФ доложили руководителю Беларуси о надвигающемся кризисе в Казахстане.

Читайте также: «Желание передать по наследству власть вряд ли осуществимо»: Усов объяснил, почему Лукашенко не спешит с референдумом

– И какие выводы из него?

– Как и в Кремле, так и у нас увидели, что транзит власти с гарантиями невозможен. Казахстанский сценарий, как мы все теперь знаем, завершился тем, что судьба бывшего руководителя Казахстана Назарбаева нынче весьма неопределенная – задуманное ему явно не удалось.

Между тем новая беларуская Конституция предусматривает если не идентичный, то максимально приближенный к казахской модели сценарий. Лидер Беларуси не собирался делиться властью в принципе, а события в Средней Азии показали: даже самая хитрая схема может дать сбой. Тем более, как сказал Вацлав Гавел, а в 2010 году повторил Некляев: никогда не знаешь, где упадет та снежинка, которая вызовет лавину.

Читайте также: «Сейчас один беларус осознаёт, что его хитрая модель не стоит и ломаного гроша». Казахстан — Беларусь: общее и различия

С началом казахстанского кризиса тема референдума исчезла с центральных газет Беларуси, но по мере спада кризиса в бывшей советской республике вернулась вновь. Однако СМИ теперь по-разному подходят к этой теме. Тот же Гигин, который является не последним лицом режимной пропаганды, говорит, что нельзя гнать лошадей с транзитом власти. Явный сигнал не спешить с референдумом.

– Так все-таки: он состоится или будет отменен?

– К сожалению, не исключаю, что вторжение России в Украину все же будет. Хватило Женевы, чтобы понять: Вашингтон не готов разговаривать с Кремлем в предложенным последним тоне. Ультимативные требования Москвы вывести войска США из стран Восточной Европы, не принимать в состав НАТО Украину и Грузию неприемлемы… Такие «предложения» унижают и Америку, и альянс, который явно не слабее ОДКБ, тем более России.

Если произойдет вторжение в Украину, миру станет все равно: что провели в Беларуси, а что не провели – о нас никто и не вспомнит.

Дальнейшее развитие событий может пройти по трем сценариям.

Первый: референдум отменят.

Второй: референдум проходит, избиратели голосуют против предложенного вариант Конституции. Действующая Конституция вполне устраивает Лукашенко.

И третий: референдум проходит, избиратели принимают новую Конституцию. Лукашенко обеспечил себе президентское правление до 2025 года, а в случае новых выборов ему ничто не помешает участвовать в них.