«Ожидается аналог ударов Украины по территории России». Почему новая Военная доктрина усилит репрессии

«Беларуская Военная доктрина более агрессивна по своей риторике, чем действующая российская», — считает эксперт Финского института международных отношений Григорий Нижников. Причина в том, что российская была принята еще до начала полномасштабной войны, а беларуская — сейчас.

Напомним, что Военную доктрину и Концепцию национальной безопасности приняли на прошедшем 24–25 апреля Всебеларуском народном собрании. 

Читайте также: России была отведена роль «второго порядка». Что необычного в выступлении Лукашенко на ВНС?

«Фактически мы наблюдаем полную синхронизацию военной политики российского и беларуского режимов», — констатирует Нижников. Политический аналитик Игорь Тышкевич также считает принятую в Минске доктрину идеальной для Кремля. 

«Угроза для жизни и здоровья граждан Беларуси после принятия данного документа выросла в разы».  

Концепция национальной безопасности и Военная доктрина не являются прямым руководством к действию. На их основе формируется текущая политика, законодательные акты более низкого уровня, военный бюджет и т.д. О чем говорится в этих документах и чего от них ждать — проанализировал бывший доброволец Полка Калиновского, блогер Андрей Кушнеров. 

Террористы и захват Кобрина

«Главным врагом Беларуси объявляется США, Вашингтон, — комментирует бывший доброволец. — Даже Европу он как-то там использует в своих интересах. Вашингтон — большая злобная бука. Главный враг, кстати, не Украина. 

Главная проблема — все-таки война в Украине, но, что очень важно, как фактор дестабилизации ситуации в регионе. В чем разница? Война в Украине не является проблемой как таковой, которая может втянуть Беларусь в полноценный масштабный конфликт. 

Но дестабилизирующий фактор означает всевозможные гибридные последствия для Беларуси. Например, атаки БПЛА как с территории Украины, так и от появившихся хоругвей. Беспилотники могут лететь из Польши, из Литвы, из Украины, добровольческие батальоны могут захватывать части Беларуси — это все ожидается. Какой-то аналог ударов Украины по территории РФ плюс рейды РДК и компании. Вот этого всего боятся в Беларуси». 

Читайте также: Войска НАТО в Кобрине, браузер Oper, спящий на ВНС пропагандист: шутки и мемы недели

Кибератаки, проникновение групп террористов на территорию Беларуси, попытки захватить маленькие кусочки — вот чего нужно бояться, по мнению Лукашенко и компании. 

Решением этой проблемы Лукашенко видит переговоры как способ прекратить войну. Он настаивает на стамбульской формуле. По крайней мере считает нужным от нее отталкиваться. И, конечно, упоминает о том, что первые переговоры проходили в Беларуси. 

Из Беларуси не готовится нападение

Ни к оборонительной, ни к наступательной войне Беларусь не готовится. Это следует из двух факторов.

«Первый — риторика о том, что мирные переговоры являются основным средством. Второй момент, на который важно обратить внимание, — это то, что ни в Концепции национальной безопасности, ни в Военной доктрине, ни в риторике нет каких-то серьезных намерений реформировать беларуские Вооруженные силы. Когда страна готовится к войне, она предпринимает для этого определенные действия. Армия мирного времени и армия военного времени — это две большие разницы, в чем могли удостовериться все, кто следит за военными новостями».

Кушнеров приводит для сравнения то, что многие страны ЕС сейчас довольно активно пытаются подстроиться под реалии военного времени, в том числе перестраивая экономику. В новопринятых беларуских документах таких признаков нет. Не идет речи о намерении увеличить количество солдат, бронетехники, сформировать новые части или новый — южный — военный округ. Не идет речь об изменениях в ВПК. Несмотря на то, что довольно активно проходят учения. 

Ловить террористов будут на местах

На ВНС было множество чиновников регионального и республиканского уровня. За событием следила вся бюрократическая Беларусь, которая видела, как Лукашенко, а следом за ним глава Совбеза, министр обороны, глава КГБ и так далее повторяли про необходимость бороться с гибридными угрозами. Террористы, беспилотники, добровольческие батальоны и т.п. Чиновники это понимают как указ, куда направлять свое зрение.

«Соответственно, на местах будут пытаться выслужиться и бороться за стабильность. К тому же звучало, что надо больше вовлекать местные администрации. Это будет ложиться на плечи глав местных администраций, от них будут ожидать усиления противодействия терроризму и экстремизму. Они услышали, что на ВНС такое сказали. В будущем чиновники высшего звена будут требовать от среднего, среднего — от низшего: «А покажи, как ты борешься с терроризмом и экстремизмом».

С целью запугивания приводилось много разведданных о странах-соседях. 

Во что это выльется на практике? Как обычно, в репрессии, повышенное внимание к тем, кого еще не посадили, преследование родственников политэмигрантов (что Лукашенко прямо пообещал), считает Кушнеров.

Читайте также: «Иначе должность занял бы силовик». Стало ясно, какую реальную роль будет играть ВНС в политической системе