Класковский: «Программы будущего у режима нет… Он ориентирован на то, чтобы остановить время»

Своим «открытым уроком» Александр Лукашенко словно стремился подтвердить крылатую фразу о том, что история — это политика, опрокинутая в прошлое, считает политический обозреватель Александр Класковский. Он ярко показал свое мировоззрение автократа-антизападника, вполне в духе идеологии имперской России.

Читайте также: Дзякуй таварышу Сталіну, Або навошта беларускім дзецям вывучаць гісторыю Мураўева?

Эксперт отмечает в прозвучавшей на «уроке» пропаганде, завернутой в историческую обертку, ориентацию на «светлое прошлое» и автаркию. Нельзя не добавить, насколько сильно это резонирует со «скрепами» «русского мира», который формировался как коммунизм, отвернувшийся от будущего к неуемной ностальгии и поиску идеала в каком-то историческом периоде. 

Досталось и Западу, а соседние постсоветские республики, по словам Лукашенко, разрушили советское наследие и теперь катастрофически отстали от Беларуси.

«Вынесем за скобки воюющую, разрушаемую империей Украину (которая до российского вторжения быстро догоняла Беларусь по многим параметрам, включая среднюю зарплату). Возьмем Литву, Латвию, Эстонию, — предлагает Класковский.

Беларуская пропаганда твердит, что там поля заросли сорняками, промышленность уничтожена и т.д. На самом деле страны Балтии за постсоветские годы добились заметного экономического прогресса (в том числе за счет развития постиндустриальных сфер) и намного опережают Беларусь, например, по ВВП на душу населения по паритету покупательной способности. При этом Литва в прошлом году — заметьте, без всяких «битв за урожай» и селекторных совещаний — экспортировала зерна на 1 млрд долларов».

Читайте также: Надежда на призрак экспортного чуда. Зачем Лукашенко так нужен хороший урожай?

В самой же Беларуси стагнация началась еще до введения западных санкций из-за отсутствия рыночных реформ, цепляния за советскую индустриальную базу и советские административно-командные методы хозяйствования.

Нужно сказать, в продолжение мысли обозревателя, что очень странно звучит в контексте разговора о «дороге в будущее» такое отрицание экономического прогресса там, где он по всем критериям очевиден. Возникает вопрос, куда именно собирается дальше вести страну «всенародно избранный» и как проверить, дошли мы туда или нет.

Да, теперь ведь и «всенародная избранность», точнее, ее необходимость, ставится под сомнение. За два дня до «урока» было объявлено сожаление о том, что президента избирает не Всебелорусское народное собрание — абсолютно лояльное номенклатурное образование. 

«Народ же после мирного восстания 2020 года стал в этой схеме лишним», — констатирует Класковский. 

Об этом проговаривался и сам Лукашенко, и пропагандистская машина, начиная с протестов 2020-го — под «народом» понимались определенные лояльные или хотя бы не высказывающие открытого недовольства группы, а остальные теми или иными способами из этого «народа» исключались. Переходя от слов к действию, власть вытесняла (и продолжает это делать) неугодных за границу.

Поэтому реально в конце обозначенного «вождем» пути маячит Северная Корея. Но в этом все еще боязно признаться. Хотя надолго ли — кто знает: Сталин и Берия уже подвергаются реабилитации.

Читайте также: «Не внутренняя эмиграция, а индивидуальное подвижничество». Что противопоставить тотальному катку репрессий?

Лукашенко не в первый раз в этом году попытался подмять историю под интересы своего правления. Однако же и в очередной раз стало очевидно: созданный в Беларуси режим не имеет настоящей программы будущего. 

«Он ориентирован на то, чтобы остановить время, цепляется за отжившие советские идеи и практики, нацелен на подавление, а не раскрепощение личности.

При этом правитель и его окружение ставят под удар не только развитие нации, но и саму независимость страны, поскольку ставка сделана на привязку к империи, показавшей свое истинное лицо агрессией против Украины», — заключает Класковский.

Добавим только, что попытки остановить время — дело сомнительное, а предложить адекватную программу будущего вряд ли возможно, когда нет адекватного понятия о прошлом. Искажение прошлого всегда искажает и перспективу будущего.