«Ковид — это время, когда мы наконец-таки начали нормально обедать». Сколько часов работает врач?

Известный врач-гинеколог и активист Станислав Соловей рассказал BGmedia о своем профессиональном пути в беларуской медицине. Публикуем фрагмент из его истории, в котором медик рассказывает о том, как беларуским врачам приходится самим добывать знания и инструменты для того, чтобы лечить, — часто вопреки системе. 

Полный текст можно прочитать здесь:

Медицинские истории. Станислав Соловей: «Наша система не удобна ни медикам, ни пациентам»

— Операции у нас были каждый день, когда есть дежурство, хотя, по идее, должны были быть и неоперационные дни. 

Работа начиналась в 8.30. Выезжал я в 7.10. Так было проще из-за пробок. В 7.30 ты уже на работе, выпил кофе, быстренько поговорил с дежурным врачом, узнал, что происходит. Пролистал какие-то свои истории. Если есть время, быстренько подготовил выписки пациентов. Ты еще не сделал обход, но уже знаешь, кого хочешь выписать. 

Я вдобавок подрабатывал как узист. Если есть какие-то непонятные пациенты, берешь их в УЗИ-кабинет, пока там нет штатного врача, и просматриваешь. Идешь на пятиминутку. Возвращаешься с пятиминутки в 9 утра и делаешь быстренько обход. И уходишь в операционную. 

Крайне редко у нас была одна лапароскопия за смену, разве что если очень большая и долгая, четырех-пятичасовая. Чаще всего две лапароскопические операции, каждые по два-три часа, и параллельно 5–8 операций до 20 минут. Мы их называли «мелочи» (жаргонное название малых хирургических вмешательств. — Ред.). 

«Гистероскопию можно делать, не приходя в сознание»

Если ты делаешь операцию сотый раз, то действуешь полностью на автомате. Если ассистируешь молодому коллеге, чуть более напрягаешься, чтобы он не накосячил. Гистероскопию (метод обследования матки при помощи эндоскопического оборудования. — Ред.) вообще можно делать, не приходя в сознание. Обычно задействованы два врача: один делает, другой пишет. По причине компьютеризации и буйности характера я зачастую делал это один. Пока пациентку будят и перекладывают, я успевал написать протокол операции и вклеить его. 

Дальше куча писанины. Когда поступает пациент, заводишь историю, пишешь дневники, осмотр, выписки и проч. Новых, поступающих на операцию, осматриваешь, делаешь УЗИ. Потом бежишь в роддом, смотришь некоторых пациенток на УЗИ. Постоянно в движении. 

Мы смеялись, что ковид — это время, когда мы наконец-таки начали нормально обедать. Чаще всего мы садились есть в конце дня, потому что ссобойки, которые притащил на работу, не будешь же домой забирать. Ешь и параллельно обсуждаешь работу. 

«После работы приезжал домой, глушил двигатель и засыпал»

Как правило, все врачи, которые работают в стационаре, дежурят в ночь. Ты приходишь на работу в 8 утра в понедельник, днем работаешь как врач отделения, ночью — как дежурный врач, с утра остаешься и продолжаешь работать. Это повсеместная практика.

Комментарий автора: в сумме получается «рабочая смена» в 32 часа подряд. О такой практике Станислав Соловей рассказывал независимым СМИ. Также он признавался, что до 2020 года не знал, что по закону нельзя работать больше 24 часов подряд, так как молодые врачи, приходя на работу, не читают законы, а перенимают практику старших коллег.

К черту законы — все так работают. Ты видишь это еще студентом. Многие преподаватели совмещают работу на кафедре и дежурства в больнице. Преподаватель приходит на занятия и говорит: «Я сегодня с ночи». 

При мне было случаев шесть, когда ассистенты во время операций падали в обморок от жары и напряжения. Все зависит от характера дежурства. Одно дело — когда тебя никто не дергает. Другое — когда ты ванька-встанька. Я дежурил по приемнику (приемному покою. — Ред.) и двум отделениям. Плюс еще был консультантом у хирургов. Реально мог за ночь не сомкнуть глаз. 

Комментарий автора: в фильме «ГУпоЗ» о беларуской системе здравоохранения (режиссер — правозащитница Татьяна Гацура-Яворская), в создании которого Соловей участвовал, он упоминал, что дважды засыпал во время операции.

Читайте также: «Помню два случая, когда я засыпал во время операции». Вышел фильм о реальных условиях работы врачей в Беларуси

Идет стандартная операция, ты сидишь, тепло. Уже три часа дня, а ты не спал 30 часов. Если ты ассистент, твоя задача — замереть и не шевелиться, пока твой коллега что-то подшивает и т.д. Сидишь, сидишь, и хоп! — начинаешь засыпать.  

У меня бывало, что я после работы приезжал домой, глушил двигатель и засыпал на минут 15. За рулем не засыпаешь, но как только перестаешь что-то делать, очень быстро смаривает.

Анестезиологи во время стандартной операции ночью зачастую дремлют. Аппараты настроены, малейшее изменение — пинганет сигнал, сестра подстрахует. Да, от усталости задремываешь на работе.

На самом деле это жутко. Так быть не должно.